Селинунт

Храм в Селинунте

Развалины Селинунта - одна из наиболее значительных достопримечательностей Сицилии. Селинунт был одним из самых крупных городов Великой Греции, которая колонизировала прилегающие к Ионическому и Средиземному морям части южной Италии. Он был основан в середине VII века до н.э. на побережье Сицилийского пролива, близко от западной оконечности острова, между руслами рек Модионе и Беличе колонистами из Мегары Иблейской, и долгое время процветал, заключив союз с карфагенянами; его население уже через 200 лет после основания достигало 25 000 человек!

Имя города - "Селинунт" - берет свое начало от финикийского "Селинута", что являлось названием дикого сельдерея, которым и в наше время богаты его окрестности.

Акрополь был окружен стеной; на берегу были выстроены две искусственные гавани, одной из которых стала современная Мадзара.

Давняя вражда с Седжестой (старое название - Сегеста) погубила город. Сегеста, изначально бывшая союзницей Афин, прогнала греков, заключив тайный союз с карфагенянами; в результате Селинунт, напавший на Сегесту после изгнания греков, оказался противником Карфагена, который пришел на помощь Сегесте, выслав стотысячную армию к стенам Селинунта. В 409 году до н.э. после девятидневной осады город был взят карфагенянами во главе с Ганнибалом и полностью разрушен. При осаде было убито около 16 000 горожан, 5 000 - взято в плен...

Теперь на том месте, где когда-то стоял этот богатый и населенный город, только пустынный берег моря и колоссальное поле развалин, самое большое в Европе.

Храм в Селинунте

... Среди руин археологи различают восемь храмов. Ряд землетрясений опрокинул их колонны, сбросил вниз их дорические антаблементы, — пишет П.П.Муратов, искусствовед, философ и путешественник Серебряного века. — Здесь и были найдены, иногда разбитыми на несколько кусков, метопы Палермского музея.

Лучше других сохранились три храма в восточной части акрополя. Здесь частично восстановлены колонны огромного дорического храма, или "храма E", как его называют современные исследователи. Другой грандиозный греческий храм (храм "F") - когда-то был украшен 17-ю боковыми массивными колоннами; третий храм по-прежнему в руинах...

Высоко на акрополе находятся развалины остальных пяти храмов, метопы из двух - храма Аполлона и Геры - сейчас составляют наиболее ценную часть Регионального музея Палермо.

И опять - слово П.П.Муратову:

Храм в Селинунте

"... Найденные метопы распадаются на четыре серии по их принадлежности к четырем храмам, выстроенным в различные эпохи. Полнотой отличаются лишь самая ранняя и самая поздняя серии, от двух других сохранились только фрагменты. Ранняя происходит из древнейшего Селинунтского храма Аполлона, основанного одновременно с городом. Это редчайший памятник архаического искусства конца седьмого века (до н.э. - прим. ). Позднейшая серия украшала храм Геры, построенный в конце пятого века (до н.э. - прим.), незадолго до падения Селинунта. Между датами этих метоп протекла вся история греческого города.

... Рельефы древнейшего храма составляют только подробность тяжелой и мощной раннедорической архитектуры. Они кажутся вросшими в глубокое квадратное поле метопы, ограниченное триглифами и нависающим карнизом. Свет и тень резко разбивались на их сильно выступающих поверхностях, крупный узор теневых пятен бежал вокруг всего храма, точно чеканный узор архаического украшения. Из таких украшений родилась греческая скульптура, этим объясняется присущая ее ранним образцам декоративность. На метопах позднейшего храма, относящегося к веку Фидия, можно видеть, как далеко ушло потом греческое искусство от первобытной любви к украшению. Сцепление рельефов с окружающей архитектурой стало легче и тоньше. Освобождение искусств совершилось. Более чистая архитектура не нуждалась в живописном впечатлении крупного теневого узора, умея действовать одной музыкой пропорций. Но и каждый рельеф заключал теперь в себе свою цель. В каждом из них стала сиять освобожденная из плена идея.

Что греческая скульптура не могла не прийти к тому, это, впрочем, можно предчувствовать уже в метопах первого храма. На них изображены мифы. Глубочайшим отличием греческого архаического искусства от всех искусств тогдашнего Востока была его вдохновленность мифами. Когда на берегах Эгейского моря находят древние украшения и предметы быта и культа, то об их принадлежности к циклу греческой жизни говорит не столько стиль этих вещей, сколько тема, - дела богов и героев. Греческое сознание не довольствовалось, когда могло, простым символом божества, заключающего в себе все возможности чуда и неподвижного в своей царственной власти над миром. Божественное раскрывалось для него в действии, в движении. Вместо религиозной догмы оно создало религиозную игру, религиозную драму, составляющую содержание мифов. Искусство, призванное на службу этой религии, неминуемо должно было найти свою цель в спиритуализации материального мира.

Одна из метоп позднейшего Селинунтского храма, посвященного Гере, и как раз та, которая находилась на середине переднего фасада, изображает Зевса и Геру. Содержание этой сцены может быть передано словами, которые Гомер вложил в уста Зевса, увидевшего Геру: "Остановись, помедли, прежде, чем удалиться... Раздели мое ложе; никогда ни богиня, ни смертная не пробуждали во мне подобных желаний".

Художественная тема рельефа заключается в движении Зевса, привлекающего к себе Геру, и в движении богини, откинувшей с лица покрывало.

Драма сосредоточена на простом и в то же время как-то странно увлекательном движении протянутой руки бога. Этот жест так часто встречается на рельефах и на вазах, что он давно запомнился нам как одно из чисто греческих движений. Есть особая категория движений, которая всегда связывается в нашем представлении с греческим миром. Понятно, почему это так, - мы больше всего знаем его через искусство, а греческое искусство - это комплекс движений, выражающих комплекс идей. Самостоятельная жизнь каждого из таких движений неудивительна, ибо неудивительна самостоятельная жизнь выражаемой им идеи. Нужны были огромные интеллектуальные силы, чтобы народное творчество могло подняться до такой отвлеченности. Греческий дух охладил и просветлил жаркие и темные восприятия мира, порожденные Востоком. В древний хаос вещества влилась крепкая влага интеллектуализма, и там, где раньше было только смешение стихий и неясные сонмы богов и демонов, открылась прозрачная даль и выступили отчетливые формы.

... Люди с таким острым взором и с такой счастливой рукой должны были вступить в историю победителями.


© 2010 Accolade–realty.ru

itespring Создание сайта